Сильные и слабые

Когда долго разрабатываешь какую-то тему, начинаешь во всём видеть хоть что-то, что может пригодиться в этой разработке. Могу ли я обсуждать тему дедовщины вне размышлений об антикоммунизме и десоветизации? Дедовщина в беларусской армии – это советское наследие, а всё советское растёт из коммунистического корня.

Или образование! Всё плохое в нашем образовании от советского образования, правда, мы умудрились ухудшить даже то, что и без нас было достаточно плохим. Впрочем, если сравнивать антикоммунизм и образование, то образование для меня важнее. Проблемами образования я занимаюсь лет 35, а антикоммунизм – это лейтмотив всего, что я делаю, и о чём размышляю в год антикоммунизма, в год 100-летия начала строительства коммунизма.

Об образовании я думаю всегда. И тогда, когда предпринимаю управленческие действия в организациях, которые возглавлял, и когда пишу статьи, книги, реплики в блогах, ну и тогда, когда преподаю и учу, естественно. 

Моё преподавание уже давно ограничивается лекциями, которых я читаю довольно много. Ну, много, это по моим собственным меркам, это на порядок меньше, чем приходится читать бедным преподавателям в беларусских вузах, при их неимоверной нагрузке.

Кстати, преподаватели! Я совершенно не понимаю, что вы делаете в беларусских вузах? Что, как, и зачем? Я б не смог. Хорошо, что мне запрещено преподавать в вузах страны уже много лет. Но это ваше дело.

Впрочем, в лекциях я не преподаю. То есть не пре-подаю знания. Я беседую, беседую о том, что мне важно и интересно. Чаще всего мой интерес не совпадает с первоначальным интересом аудитории, но мне это неважно. В процессе у некоторых в аудитории возникает интерес к тому, о чём говорю я, и мне этого достаточно. Ещё в лекциях я часто спорю. Не потому, что так уж люблю спорить, но приходится. Ведь если лекция – это беседа, то говорю не только я, но и кто-то из аудитории. Но ведь это ужас, что они говорят! Всегда во время лекции из аудитории озвучиваются предрассудки века сего. Слушатели провозглашают благоглупости, которые считают само собой разумеющимися. Или возражают, слыша нечто новое и непривычное, а иногда совершенно противоположное тому, что они считают само собой разумеющимся и общепринятым. Большая часть предрассудков и благоглупостей мне известна. Ещё бы, я же уже сказал, что читаю много лекций, то есть часто беседую с разными аудиториями. Разными по профессиональному, возрастному, гендерному, национальному составу, но почти одинаковыми по предрассудкам и благоглупостям. Все предрассудки и благоглупости можно сгруппировать в три большие категории:

— Благоглупости психологизма. Вот уж никогда бы не подумал во время обучения на психфаке в 70-е годы, что все глупости психологии, о которых нам рассказывали именно как о глупостях и заблуждениях, через 40 лет станут главным содержанием массового образования и массовым бессознательным целых поколений. 

— Предрассудки коммунизма. Здесь тоже большая часть предрассудков настолько глубоко вбита в подсознание, что люди даже не отдают себе отчёта в том, насколько они коммунистичны.

— Ну и всё остальное в куче: Бэконовские идолы пещеры, рода, театра и рынка, гремучая смесь из знакомых, но неотрефлектированных идеологий, религий, телесериалов и т.д.

Но я увлёкся. Ближе к теме. Сегодня в лекции (беседе с необычной для меня аудиторией) зашла речь о том, каким образом человек может менять культуру, развивать её или управлять ею. Пришлось вспомнить разные типы культурных героев, от трикстеров до денди Шарля Бодлера, от гениев, творивших нетленные шедевры, до законодателей мод типа Галифе или Маккинтоша.

Пришлось рассказать, что для того, чтобы возникла и распространилась новая норма, эталон или образец, кто-то должен взять на себя смелость пойти против общественного мнения, не бояться насмешек и преследований, встать одному против всех. Эта часть не вызвала особых возражений. Кто-то из аудитории сказал, что поступающие таким образом культурные герои, – это сильные личности. Так возникло новое направление в нашей лекционной беседе.

И тут я имел неосторожность спросить (почти как герой Бодрова: «В чём сила, брат?»), а что делают сильные личности? В чём проявляется их сила? Не думая, не гадая, чем это обернётся.

Молодой активный человек мне отвечает:

— Сильный помогает слабому, в этом и проявляется сила!

— Вот как? И каким же слабым помогает культурный герой, который стоит один против всех, как Клод Моне на выставке? Или генерал Галифе, гуляя по бульвару в штанах дурацкой формы, над которыми потешалась почтенная публика? Или Бродский, считавший сам себя поэтом, тогда как общественное мнение и самый справедливый советский суд считал его тунеядцем?

— Ну, они же герои, значит сильные личности, а сильные должны помогать слабым! Они потому и сильны, что помогают слабым, и потому герои!

Тут передо мной явился он – призрак коммунизма во всей красе. И я вынужден был высказать шокировавшую аудиторию идею:

— Коллеги! Всё ровно наоборот! Это слабые должны помогать сильным! Сильные берут на себя непосильную задачу, бросают вызов обществу, государству, общественному мнению, предрассудкам века, они очень нуждаются в помощи! Помощь им могут оказать слабые, у которых не хватает сил самим бросить вызов обществу, толпе, государству. У самих слабых нет таких сил, нет такого мужества, но помочь тому, у кого есть и сила, и мужество, они могут. И тогда герой состоится. Его не уничтожит государственная машина насилия, его не сомнёт общественное мнение.

Говоря это, я боковым зрением уловил тень другого, ницшеанского призрака. Говоря, что это сильные нуждаются в помощи, а не слабые, не выйду ли я на тезис: «Падающего толкни!»?

Иногда, чтобы выбить из сознания предрассудки, следует перегнуть палку, высказать шокирующий тезис. Но и тут важна мера, не стоит заменять одну дурь другой.

Помогать нужно делу, и тому, кто что-то делает. А важные дела, те, которые что-то меняют в жизни, в культуре, в обществе, делают сильные личности. Именно они берут на себя больше, чем другие, берут на себя то, за что другие, слабые, никогда бы не взялись. Часто то, за что берутся сильные и мужественные, больше того, что им по силам. И именно в этом им нужна помощь. Любая помощь, и сильных, и слабых. Силу можно складывать, увеличивать до того уровня, которого будет достаточно, чтобы сделать ДЕЛО, которое не под силу никому в одиночку. Сила личности в мужестве, в смелости бросить вызов обществу и общественному мнению, пойти одному против всех. Это сила воли. Воли, а не чего-то другого. Сила=мужество.

Есть у слова «помощь» и другой смысл: врачебная помощь, помощь утопающим, падающим, бедным, нуждающимся. Это помощь не в деле, а помощь нуждающемуся человеку. Самая сильная личность испытывает приступы слабости. И в эти моменты им нужна такая же помощь, как любому слабому. Но я говорил о другом, о помощи делу, помощи в деле.

При чём здесь коммунизм? Да при том, что коммунизм, в соответствии со своим принципом «по потребности», знает только одну помощь – помощь нуждающимся. Не интересуясь тем, а что эти нуждающиеся делают, и делают ли вообще что бы то ни было. Помощь, как удовлетворение потребностей.

И героями коммунизма становятся тимуровцы, переводящие старушек через дорогу. Перевести старушку через дорогу каждый может, а вот построить удобный переход, организовать безбарьерную среду, организовать городскую инфраструктуру – для этого нужна инициатива, сила воли и сила ума. И усилия многих людей, у которых есть маленькие силы, которые слабы сами по себе, но предложив свою помощь сильным и инициативным, они могли бы сделать куда больше, чем перевод старушки через дорогу.

Безбарьерная среда, равенство мужчин и женщин, отмена расовой сегрегации, демократия, права человека – эти ценности разделяются, если не всеми членами общества, то очень многими. Но это ценности, а нормы культуры в многих странах и обществах, противоречат этим ценностям. И эти нормы следует изменить. Это нужно, если не всем, то очень многим, но делают это единицы.

Четверо афроамериканцев, вошедших в кафе «только для белых», и одна женщина, севшая на место в автобусе, предназначенное для исключительно белых. Могли ли эти сильные и мужественные люди изменить бытовую культуру Америки, построенную на нормах сегрегации? Ведь сегрегация была всегда, она само собой разумеющееся обстоятельство жизни. Выступить против расовой сегрегации в США 60-х годов – значит пойти против общественного мнения, вчетвером против всех! Они пошли. И они ничего бы не смогли сделать, как и многие смелые и сильные духом негры до них. Ничего бы не смогли без помощи сотен тысяч и миллионов слабых американцев, у которых не было силы и мужества поступить так самим. Сами они не посмели бы, но они поддержали тех четверых. И их стало не четверо смелых, а сотни тысяч во главе с одним священником. Не очень сильным, но мужественным. И у него была мечта! И эта мечта стала мечтой миллионов. А став мечтой миллионов слабых людей, она стала силой.

«Силой бессильных», как назвал этот феномен Вацлав Гавел. Гавел был не один, но их в Хартии-77 было всего-то несколько сотен. Они были сильны и мужественны. Сопротивление чехов и словаков можно сравнить с польским сопротивлением в этот же период. Это не значит, что 11 миллионов поляков (входящих в «Солидарность») в это же время все были сильными, среди них были сильные люди, но единицы. И сила этих единиц была в этих 11.000.000 поляков, может быть и слабых, но помогающих сильным и мужественным.

В СССР 7 человек вышли в 1967 году. Семь против двухсот с половиной миллионов. Да, их арестовывали и били единицы. Но миллионы молчали.

В Беларуси есть сильные личности?

Я спросил у аудитории, есть ли среди них сильные личности, готовые пойти в одиночку против всех, против всего БГУ?

Никто не отозвался.

И я спросил, знают ли присутствующие в аудитории таких сильных личностей в их огромном учебном заведении и в Минске вообще.

Ответа не было. 

И тогда я спросил, почему я знаю этих людей, а они не знают?

И мне сказали, что потому, что эти люди себя не рекламируют! Как они, бедные и слабые студенты могут знать о существовании сильных личностей, если те себя не рекламируют и не пиарят!

Тут в поле моего бокового зрения замаячил ещё один призрак, призрак современной дури – дури маркетинга и пиара.

Как вы себе представляете героя, сильную личность, которая будет себя рекламировать и пиарить? Эти люди могут выйти всемером на Красную площадь, выйти и своим поступком заявить то, что поэт споёт: «Сограждане! Отечество в опасности, наши танки на чужой земле!»

Поэт не пиарил этих семерых. Он просто спел то, что эти семеро понимали и думали. Но они не пели, а «просто вышли на площадь».

Другие четверо не ради пиара вошли в обычное заурядое кафе «только для белых». Они вошли и отказались выходить. И баптистский священник не пиарил этих четверых своей речью «I have a dream». Он говорил то, что они думали, и о чём тоже мечтали.

О какой рекламе говорите вы, слабые студенты? Не будет вам такой рекламы. Это ваша лень. Лень и самооправдание.

Сильные личности, мужественные люди в Беларуси есть. В культуре, в общественной деятельности, в правозащите, в профсоюзах, в студенческом движении, в академическом сообществе, в политике, даже в науке и фермерском хозяйстве. Они есть, а вы их не видите!

Почему?

Потому, что вы думаете, что сильная личность должна помогать слабым, то есть вам! Вот если сильные личности помогут лично вам, вы их, может быть, увидите.

А если они рассказывают свою мечту, поют песни, снимают кино – это всё развлечение, это культурка! Да, именно культурка, а не культура, культура как развлечение. Это ведь не реклама, не пиар! На это вам реагировать не надо.

Сходите на любое предвыборное собрание (выборов нет, но собрания-то бывают). Вы увидите одного или нескольких людей, говорящих о … отмотаем назад … о тех ценностях, которые я перечислял несколькими абзацами выше. Они говорят о своей мечте, а электорат их спрашивает: «А что вы сделаете нам? Что вы сделаете лично мне?»

Так слабые люди будто бы проверяют, насколько сильные личности выступают перед ними, ведь сильные это те, кто помогает слабым!

А ведь действительно, это проверка на силу воли, силу убеждений, силу духа! Слабые кандидаты, услышав такой вопрос, поддаются общественным настроениям, перестают говорить о демократии, правах человека, о свободе, и сдаются на милость общественного мнения. Начинают врать про миллион рабочих мест, про 500 долларов зарплаты, про то, что починят слабому мужику крышу, слабой женщине забор, переведут старушку через дорогу.

Собравшийся на предвыборное собрание электорат, сплошь состоящий из слабых и беспомощных людей, довольно хихикает. Он же понимает, что это враньё, понимает, что кандидаты только корчат из себя сильных личностей, а сами пасуют перед общественным мнением. Ну не могут они идти в одиночку против всех.

Я бы в жанре эпатажа сказал сейчас, что сильные личности не пытаются баллотироваться на выборах. Но не скажу. Разное бывает. Порой и сильной личности требуется пройти такое испытание электоратом. Пусть каждый решает сам.

Слабые не хотят видеть сильных личностей рядом с собой. 

Во-первых, это взывает к сравнению. А я кто, я какой, слабак или силён? Я могу, или я ничего не могу? А если я не могу, то с какого этот может? А если может, то к чему это меня обязывает? А я слабый человек, я никому ничего не должен, это мне все должны! Должны 500 долларов, должны обеспечить равенство, должны делиться прибылью, должны помогать. Богатые должны делиться с бедными, сильные помогать слабым. 

А вот умники, у которых «есть мечта», и которые видят опасность в том, что НАШИ танки, на ЧУЖОЙ земле, тогда как каждый знает, что опасность это когда ЧУЖИЕ танки на НАШЕЙ земле, пусть заткнутся и не умничают. Богатые должны, сильные должны, и умные должны. Но умники должны принимать наши глупости, а не умничать. Это мы будем учить умников, а не они нас.

Вот таков диктат слабых личностей, бедных и беспомощных людей. Это охлократия на античный лад, или популизм эпохи постмодерна.

Эх, стоит ещё поговорить о героях коммунизма! А коммунизм очень любит героев. Вот только лепит коммунизм героев не из сильных личностей, а из слабаков и хануриков. Из слабых людей, которые не могут поднять голос против партии, против коллектива, против общественного мнения.

Эти люди могут проявлять чудеса храбрости в бою, могут пахать как лошади на стройках коммунизма, но не могут и слова сказать против мнения коллектива, как бы он не ошибался. Это люди из толпы, сила которых не своя, а сила коллектива, и без коллектива они никто, слабаки.

Типичные примеры таких коммунистических героев – герои гражданской войны Будённый, и особенно Ворошилов. Подавленные и бессловесные салаги у дембеля Сталина. 

Вы этого не знали? Ну, нужно читать хорошую литературу. Прочтите «Пир Валтасара» Фазиля Искандера. Это была отдельная новелла, была и глава в книге «Сандро из Чегема», был и фильм такой Юрия Кары. 

Дедовщина в Политбюро, в коммунистической верхушке коммунистического режима. Где герои гражданской войны ходят в «салагах» и «черпаках».

А внутреннюю слабость «вождей» коммунизма, которых сначала пиарили как героев, а потом казнили как турецко-японско-польских шпионов исследовал Артур Кёстлер в романе «Слепящая тьма». Читайте, изучайте, углубляйте понимание. И никогда не принимайте распиаренных и разрекламированных героев за реально сильных личностей. 

Нужно понимать, что сломать можно очень сильных людей. А если не удаётся сломать, можно убить. Они ведь почти всегда одиноки, если рядом с ними не встают миллионы, ну хотя бы тысячи слабых людей. И я никогда не возьму на себя окаянство обвинять сильного человека в том, что он не выдержал давления, пыток или насилия. Я скорее готов его понять.

Я говорю о другом. Сильных личностей не продают посредством рекламы. Сильные личности идут против течения, против общественного мнения, ломая стереотипы, опровергая банальности и предрассудки. Ну, кто ж таких пиарит?

Но они нужны, такие сильные личности. 

Это они не боятся озвучивать свою мечту. Прислушайтесь к их мечте! Вдруг это и ваша мечта? И помогите. Помогите реализовать свою мечту, помогая той сильной личности.

Это они могут выйти в одиночку против толп. И вы можете оказаться в этой толпе, значит, они выходят против вас! А вы подумайте, может не против вас, а за вас! Но вы в толпе! Не поддавайтесь мнению толпы, она всегда не права. Даже если не хватает собственной смелости и силы встать рядом с сильной личностью, хотя бы выйдите из толпы, отойдите в сторону! И толпа станет меньше на вас одного. Это уже поможет тому одному, который стоит против всей толпы. Позовете друзей выйти из толпы. Это еще больше поможет сильной личности, и не будет дорого стоить вам. 

Всматривайтесь, ищите, узнавайте! В стране есть сильные личности. Есть! Их только надо узнать. И помочь. 

Только не ошибитесь. 

Ведь слабость и робость не отрицает ум и сообразительность! 

Ни одна сильная личность не упрекнёт слабую. Слабость не порок, не все рождаются сильными. Порок – это леность ума. Это отказ думать, видеть, выбирать. Выбирать своё место в жизни. А в контексте и рамках этого разговора, в рамках культурной политики таких мест только три:

— Место в толпе. Быть как все, с мнением, которое разделяет толпа. 

— Место в стороне. Пусть с краю, откуда видна и толпа и тот, кто ей противостоит. Не ахти какое достойное место, но гораздо лучше, чем в толпе. По крайней мере, в этом месте появляется шанс иметь собственное мнение.

— Рядом с сильной личностью, с которой вы разделяете общую мечту. 

Мечтайте! И не ошибитесь с мечтой.

Текст впервые опубликован в ФБ Владимира Мацкевича, 17.10.2017

ЛЯТУЧЫ ЎНІВЕРСІТЭТ — гэта некамерцыйная ініцыятыва, дзе любы жадаючы можа навучацца бясплатна.
Але гэтага ўсяго не было б без падтрымкі неабыякавых.
Напішыце каментар